— Пока нас устроит и предварительный результат, — сказал Холден.

— Это меняет дело, — кивнула Роуз. — Давайте вместе посмотрим и сделаем выводы.

Еще два часа они перебирали пули и гильзы, сравнивали их друг с другом, изучали под лупой. Из армейских образцов здесь были представлены лишь несколько типов, да и те уже снятые с вооружения. В основном при расстреле использовались пистолеты, револьверы и ружья, которые еще не так давно можно было практически спокойно купить в магазине.

— Ну, так какой же вывод мы сделаем? — спросил Холден, когда осмотр был закончен.

Роуз отбросила со лба прядь волос.

— Вывод однозначен, — резко ответила она. — Эти люди были убиты из оружия, конфискованного у граждан по президентскому указу. И вы знаете, почему они поступили именно так, я имею в виду этих палачей из «Ударных отрядов».

Холден опустил голову и посмотрел на носки своих армейских ботинок. Обувь была покрыта землей — он запачкал ботинки, когда раскапывал братские могилы.

— Да, — сказал он глухо. — Мы знаем. Они сделали так, чтобы свалить вину за это преступление на нас, на «Патриотов». Будь они прокляты, ублюдки.

Глава четвертая

Можно было пересечь долину и двинуться напрямик — так гораздо быстрее, но ведь и «ударникам» будет легче засечь его на открытом месте. Поэтому он повел лошадь на север и обогнул долину, прячась за холмами.

Правой рукой он поднял левую и посмотрел на часы. Стекло было запачкано кровью, но стрелки можно было разглядеть. Что ж, до Траппер Спрингс еще два часа пути, если Араби не понадобится отдохнуть.

Он надеялся, что не понадобится. Он понимал, что если слезет с лошади, то может потом и не взобраться в седло.