- Черт, как же я вас ненавижу, - сообщила я. - Как можно так поступать с живыми людьми?

   - А что? Нам не привыкать.

   - Ты говорил о девушке, покончившей с собой и убившей своего ребенка. Кто она была и что ее толкнуло на это?

   - Не знаю, может, она была религиозна. Были девушки, кончавшие с собой из религиозных помыслов. Вампиры - нечисть, все такое... - Мана сел, опустив босые ступни на пол. - А я знал одну... Хотя ладно.

   Я в ожидании глядела на него.

   - Начал - продолжай.

   - К чему тебе это? В твоем положении меньше знаешь - крепче спишь.

   - Правду мне надо, правду.

   - Нет.

   - Черт, Мана, я не собираюсь кончать с собой. Это не мое. Жить - по-любому лучше.

   - Конечно, - он встал и приблизился ко мне, - даже думать не смей о том, чтобы умереть. Разве только для вечной жизни.

   - Я не хочу быть вампиром.

   - Возможно, не будет другого выбора.

   - Выбор есть всегда.

   - Вот Соленна так же говорила.

   - Та дампирка, которую ты знал?

   - Ага. Она была такая... красивая, порочная и холодная. И крутая. Она не хотела стать вампиром и не хотела, чтобы ее использовали как инкубатор. Предпочла смерть.

   Я бы предпочла свалить подальше от этих е...нашек, но промолчала об этом.

   - И мне было очень жаль ее.

   - Так хороша была?

   - Это тоже. Дампиры ведь так притягательны для нас, - Мана, улыбаясь, отпил еще коньяка, провел рукой по моим волосам. - Вы пахнете вкусно, редко люди так сказочно пахнут.

   Вампир прижал меня к себе и зарылся лицом в мои волосы.

   - Я пьянею от тебя, - услышала я над ухом.

   - А я думаю - от полулитра коньяка.

   - Мне нравится, когда ты пытаешься язвить, а сердце у тебя начинает сильно колотиться.

   Мое сердце и правда начинало трепыхаться, когда Мана оказывался так близко. Ничего не могу поделать с собой. Я его хочу.