- Глянь-ка, уже пять часов, а я даже не завтракала! - пришлось фальшиво изумиться, чтобы был повод ускользнуть от Маны.

   Я ушла на кухню, уже оттуда спросив:

   - А ты будешь что-то... из обычной еды?

   - Нет. Я это перерос триста лет назад.

   Я хмыкнула, ставя в микроволновку тарелку с тарталетками, заполненными жульеном.

   - Совсем большой мальчик, - пробормотала я, доставая из холодильника пластиковый контейнер с нарезанным, но не заправленным салатом из креветок с огурцом. Конечно, он стоит уже с вечера тридцатого декабря, но не пропадать же еде.

   Когда я повернулась к столу, то увидела в дверном проеме Ману со стаканом и бутылкой в руках.

   - Но лет так десять назад я побывал в "МакДональдс", - сообщил он мне, - все наши хвалили, и я зашел туда. Это самая вкусная в мире еда.

   - Прости, бургеров у меня нет, да и глютамата натрия тоже.

   Он ухмыльнулся, опираясь о дверь плечом. Я заправила салат, перемешала его, достала из тренькнувшей микроволновки тарелку, открыла оливки и пересыпала их из банки в блюдце.

   - Мы можем посмотреть что-нибудь по ящику...

   - У меня есть лучшая идея, - Мана поставил на стол свои неизменные в этот день атрибуты и метнулся - ох, как же это слово подходит вампирам - в зал.

   Я не успела присесть на стул, как он вернулся, поставил на стол мой подсвечник на три свечи, зажег их своей Zippo, выключил свет, взял с подоконника горшок с цветущей мелкой розочкой, поставил возле подсвечника.

   - Прости, не догадался купить цветы, пока ты спала, - несмотря на то, что он якобы извинялся, его тон был обычным - с ехидцей.

   - Да я...

   Пока я пыталась что-то сказать, он выудил из холодильника начатую бутылку вина, налил мне в бокал, который мирно сох вторые сутки возле раковины. После чего сел на стул напротив меня и сказал: